25 августа во всех кинотеатрах страны появится фильм "Каникулы строго режима" с Сергеем Безруковым и Дмитрием Дюжевым в главных ролях. Накануне премьеры мы поговорили с автором этой криминально-авантюрной истории, Андреем Кивиновым. Известный сценарист, знакомый зрителям по сериалам "Улицы разбитых фонарей", "Убойная сила" и другим хитам телеэкрана, высказал StarStory свои соображения относительно книг, кино и законов.

Вы искали свой путь в кардинально разных направлениях: сначала работа в судостроительной отрасли, потом должность оперуполномоченного в уголовном розыске и, наконец, профессия писателя и сценариста. Почему такой разброс? Что Вам дала каждая из сфер деятельности?

Как и любому человеку – эмоции и перемены. Не обязательно положительные. Иначе же жить скучно. Сейчас есть, что вспомнить. И все упомянутые сферы все равно связаны друг с другом. В судостроении я набирался житейского опыта, который необходим для работы в милиции. Служба в органах, в свою очередь, дала богатейший материал для литературы и сценариев. Литература принесла маленькую, но известность. Теперь, если, к примеру, захочу стать частным предпринимателем, могу воспользоваться ею в чиновьичих коридорах.

У Вас есть правительственная награда: «Медаль за общественную службу по охране общественного порядка». За что вы ее получили?

Как за что? На медали же прямо написано – за охрану общественного порядка. Вот за это и дали. Охранял, охранял, и получил. Конкретный повод – освобождение заложников. Правда, лично я не освобождал. В сторонке стоял, наблюдал. Но в приказ попал.

Помимо сценарной работы, Вы выполняли и другую – работу преподавателя-методиста в средней специальной школе милиции. В чем особенность работы с детьми и молодежью?

Особенность работы с детьми и молодежью была одна – очень не хотелось приезжать рано утром на службу. Но приходилось. А с курсантами проблем не было. Равняйсь, смирно, выполнять! Бегом!

Как сказывается на Вашей работе популярность?

Никак. Добрая половина курсантов не знала, кто я такой. Кивинов – это же псевдоним. Автографы просили, в основном, для зачетных ведомостей.

В одном из интервью вы сказали, что «мент» слово не ругательное, а уважительное. Даже назвали его «идейным пахарем». Почему же, по-Вашему, к милиции все еще такая стойкая неприязнь? Как это исправить?

Видимо, сильно изменились социально-экономические условия, а в силу этого менталитет сотрудника. Увы, вместо того, чтобы спокойно думать, как раскрывать преступления, он вынужден искать средства на прожиточный минимум. Или максимум. Ведь, вокруг столько соблазнов. В наше время просто представить невозможно было, чтобы подчиненный ежемесячно приносил дань начальнику. А сейчас, говорят, подобное в порядке вещей даже в Питере. Грустно. Как исправить положение, не представляю, но думаю, что сделать это будет не так просто. Роскошь засасывает очень быстро. Кто ж от нее откажется, даже если зарплату прибавят на целую тысячу? Нужны комплексные меры. И не только репрессивного характера. Кстати, это касается не только органов. Когда наш человек будет пропускать пешехода на зебре не из-за боязни быть оштрафованным, а потому что это правильно, тогда все и наладится.

К вам приходят десятки писем с девичьими пожеланиями работать в милиции? Вы советуете или отговариваете? Почему?

Да какие десятки? Если пару писем в год придет, считай, повезло. Однажды одна девушка написала, что, начитавшись книг и насмотревшись сериалов, пошла на службу, а теперь локти кусает. Поэтому я теперь всех отговариваю. По крайней мере, на оперативную работу девушкам идти не советую. Это точно не женское дело. Пожалуйста – есть следственные отделы, экспертные, детские комнаты милиции, наконец. Идите туда, там нужны нежные женские руки. А бандитов и убийц пускай мужики ловят.