18 февраля в прокат выходит один из самых ожидаемых фильмов года – «Остров проклятых» Мартина Скорсезе. Помимо Леонардо ди Каприо, Марка Руффало, Эмили Мортимер, Мишель Уильямс и прочих знаменитых актеров, в нем сыграл легендарный сэр Бен Кингсли - обладатель одного Оскара, двух Золотых глобусов, двух премий Британской киноакадемии и рыцарского титула, полученного от королевы Елизаветы II за вклад в британское киноискусство. Сэр Бен играет доктора Коули, главврача психлечебницы на Острове проклятых и одну из ключевых фигур в фильме. Ощущениями от съемок в напряженном психологическом триллере он поделился в интервью.

- Вы уже видели финальную версию фильма «Остров проклятых»?

- Да, мы с женой ходили на показ в Лондоне пару недель назад. Мы были совершенно потрясены фильмом.

- Вы увидели то, что ожидали?

- Этот фильм - как симфония. Это великая вещь, а я во время съемок сосредоточился на своей, скажем, струнной секции и не знал, что происходит за ее границами. На показе я впервые услышал симфонию целиком, - и она великолепна. Даже великолепнее, чем я мог ожидать.

- Зрителя немного сбивает с толку тот факт, что вся история показана с точки зрения героя Леонардо ди Каприо...

- …все верно, через его призму.

- ... а он в какой-то момент становится немного не в себе. Как эта точка зрения работала для вас, когда вы читали сценарий и потом, во время съемок?

- На площадке рождались маленькие жесты и детали – они заранее не обсуждались, но возникали спонтанно – отражавшие наше понимание дилеммы главного героя... Марти менял угол камеры, менял линзы, свет, даже в тот момент, когда шел диалог. Всеми этими действиями – переменами угла камеры, света, последующим монтажом - он создавал материал, из которого потом собрал ту самую симфонию. Мы играли так, как чувствовали, и знали, что Марти потом соберет нужный ему материал. Он создал напряжение, висящую в воздухе паранойю Америки времен Маккарти с помощью этих маленьких ухищрений – так что нам, в некотором смысле, даже не пришлось эту паранойю специально обыгрывать в наших сценах.

- Мартин Скорсезе упоминал в интервью, что съемки были достаточно тяжелыми в то числе и из-за плохой погоды. На вас это тоже повялило?

- Не особо. Я думаю, Марти как режиссеру приходилось решать множество логистических проблем, и погода для него была важна, так как было достаточно сложно сделать госпиталь звуконепроницаемым и создать звуковой эффект дождя. После дня съемок Марти и некоторые члены его съемочной команды, как правило, проводили около четырех встреч - не знаю, как им это удавалось. Мы же шли домой и разучивали часть роли, которую предстояло играть на следующий день. На съемках Марти никогда не говорил, что погода плохая, что-то не то с камерой и так далее. Никогда. Я думаю, что это была сложная для него съемка – ему приходилось очень многое держать в голове.

- Это четвертый фильм Мартина с Леонардо Ди Каприо. На площадке чувствовалась особенная близость между ними?

- Нет! Я с удовольствием отметил, что не было никакого панибратства и отделения от коллектива. Честно говоря, никто бы никогда не подумал, что они раньше работали вместе: в обсуждениях и дебатах у всех было одинаковое право голоса, не было ощущения, что эти двое образуют коалицию. Это было очень достойное решение с их стороны – ведь, если бы они показывали свою дружбу на публике, то как бы почувствовали себя остальные актеры? Не думаю, что они заранее это обсудили и так решили, просто так складывалось естественным образом.

- В последнее время вы так много работали. Силы еще не иссякли?

- Совсем нет.

- А какова Ваша мотивация?

- Я люблю людей – только, пожалуйста, никому об этом не говорите: это будет наш секрет (смеется). Но я и в самом деле их люблю, а работа актера – это постоянная возможность для взаимодействия с людьми. Может быть, это последствия моего одинокого детства, но эта радость общения, я просто не могу без нее.